Москва
29 апреля

История олимпийской победы Сочи-2014. Победы над собой

Поделиться
Поделиться

Рассказ Юлии Ивановой об участии в Олимпийских Играх Сочи-2014

Я занимаюсь лыжными гонками с 7 лет. Прошла путь от учащейся лыжной секции до Олимпийских игр. Я пришла на самую вершину дела, которым занималась, и получила опыт, о котором ничего не знала раньше.

В моей жизни было очень много соревнований, я считала себя опытной спортсменкой. К тому времени я более 10 раз выиграла чемпионат России, у меня была бронза чемпионата мира. Но сколько бы вы не изучали тигра, когда вы его встречаете в лесу, эта встреча меняет все ваше представление о нем.

Моя карьера в сборной началась, когда мне было 18 лет. Я выиграла первенство Республики Коми, где начинала свой лыжный путь под руководством семьи Ветровых, затем первенство России по своему возрасту.
Я тренировалась, наблюдая основную женскую и мужскую сборную. Глядя на них, я старалась как можно лучше выполнять все, что дает тренер и, как вы понимаете, следующий шаг - это взрослая женская сборная и пристальное внимание к старшим спортсменам, попытки тянуться за ними.

file

Однажды, следя за Олимпиадой, я увидела интересный феномен, который поразил меня. На ней выступала лыжница, которая была одной из костяка команды, с большим опытом. Она уверенно прошла отборы на Олимпиаду, от природы была очень сильная, высокая. Одним словом, она обладала всеми качествами одной из лучших лыжниц мира. Однако в гонке на Олимпиаде она выглядела, мягко говоря, не в себе. Это выражалось в зажатых движениях, скованности. Она уступала тем, кого легко бы обыграла в любом другом соревновании. Но в самый ответственный момент не показала и 80% того, на что была способна. Гонка была с треском провалена. Так я увидела, насколько разрушительно на нас действует страх.

Теперь передо мной возник другой вопрос, а я справилась бы? Это стало вызовом последующих лет, когда я следила за своим эмоциональным состоянием, как я справляюсь в ответственные моменты. И конечно многие гонки я проиграла своему страху, а не спортсменам. Теперь я видела это отчетливо.

Однажды в беседе с многократной Олимпийской чемпионкой Кристиной Шмигун в компании спортсменов, Легков задал ей вопрос: “Как выиграть Олимпиаду?” Она ответила, не задумываясь: “Ты должен видеть только ее, все остальное пропускать мимо” - и махнула руками по сторонам, показывая это “мимо”.
Я ощутила опыт стоявший за ее словами, они врезались в память. Теперь я знала, как я пойду на Олимпиаду. Я захотела этого всем сердцем. Она так же поведала и то, что в подготовке к Олимпиаде, даже темы обсуждения за приемом пищи тщательно фильтровались, чтоб в них не было негатива, чтобы ничто не сбивало с работы, которая велась для достижения главной цели.

file

И вот я в Сочи, в числе 6 человек, которые представят страну на домашней Олимпиаде.
День, который может принести медаль. То, чего я жаждала всем сердцем. Я знала точно, что в подготовке сделала все, что от меня зависело. Я видела только цель, все остальное пропускала мимо. Находясь там, моя нервная система стала настолько чувствительна, что мне пришлось перестать смотреть телевизор и соревнования.

Я ощутила, что это лишь для зрителей праздник и развлечение. Для меня Олимпиада - настоящие военные действия, в которых я должна показать и выжать из себя максимум возможного. Я думала, что не позволю страху испортить мне то, для чего я тренировалась 20 лет жизни, я не простила бы себе этого. Тем не менее, волнение было таким высоким, что это проявлялось как нервозность, невероятная скорость реакции. Мысли и все чувства обострились, я не знала таких состояний раньше.

Для Олимпиады были привлечены все лучшие технологии России: барокамера, техника цвета и звука для психологической стабилизации. Множество лучших специалистов в своей области были доступны для нас в любое время. Даже ресторан работал круглосуточно, ночью на дежурстве были каши рисовая, овсяная. Было сделано все, чтоб мы думали только о том, зачем мы там. В Олимпийской деревне были организованы молитвенные комнаты для разных вероисповеданий, прачечные, тренажерные и игровые залы, зал, где музыканты играли вечерами, стоматологический кабинет и даже почта. Олимпиада была усыпана роскошью и вниманием к нам, но я не могла видеть толком ничего, лишь одна мысль была со мной: “Я не позволю себе испугаться”. Там творилась история, и я хотела быть ее положительной частью.

Вечером накануне эстафетной гонки 4х5 км было проведено собрание. На нем огласили время старта, списки команд, необходимость получить чипы заранее, правила разминки, что трассу необходимо освободить за 10 минут до старта, а так же ни в коем случае не пересекать линию разметки дорожек в финишном створе, ибо это грозит дисквалификацией. Затем нам пожелали удачи, выразили поддержку и надежду на нас.

После собрания я пошла к психологу, и там мне предложили программу, чтоб снять напряжение. Меня усадили в удобное откинутое кресло, дали наушники и очки, экран на пол лица, в ушах звучала приятная музыка, а на экране мелькали разной яркости и продолжительности вспышки. Действительно, это заставило быть в настоящем моменте и помогло немного обрести равновесие внутри, прекратить мысли о всевозможных исходах.

file

Поднимаясь на лифте в комнату, я встретила Ольгу Зайцеву (биатлонистку). Мы не были знакомы, но там мы все общались, как будто знаем друг друга многие годы. Мы действительно стали одной большой командой, это состояние обострения позволяло чувствовать все и всех до основания. Она спросила, бегу ли я завтра. Я ответила, да и что волнуюсь так, буквально руки трясутся. Она с улыбкой предложила: “А ты представь, что это обычная контрольная тренировка, просто бег на скорость”. Лифт открылся и она вышла, а я взяла ее слова как установку.

Я много раз слышала о том, что спортсмен может «перегорать». Это когда его нервное возбуждение так велико и гормональный фон на пределе, срабатывает реакция торможения и спортсмен резко теряет мотивацию и превращается в овощ, не способный к достижениям. Мое состояние было очень обостренным, я была как бомба замедленного действия, и мне надо было донести ее до старта. Я чувствовала невероятную силу, и волнение держало меня крепко.

Придя в комнату, я выполнила 20-ти минутный комплекс йоги вместе с коллегой по команде Натальей Жуковой. Мы жили вместе, и она тянулась за мной, если я что-то предлагала, будь то игра в бадминтон или йога. В тот вечер мы легли спать пораньше (около 22:30).

Утром я отправилась на зарядку, которая состояла из легкой пробежки на 10 минут и комплекса йоги на 40 минут. Затем я позавтракала: овсяная каша на воде, бутерброд с сыром на белой булочке и сок, дополнительно разбавленный водой. Все это я делала отдельно от Натальи, ибо каждая из нас настраивалась самостоятельно и поддерживала именно свой необходимый баланс и равновесие. В то утро мы почти не общались, все было предельно ясно и без слов: мой этап первый, ее - третий. Она попросила дать ссылку на йогу и удалилась. Я же пошла к психологу, чтобы отвлечь внимание от своего волнения, и мы снова повторили программу света и звука для стабилизации нервной системы.

До старта оставалось полтора часа, и я приступила к сбору сухих вещей, чтобы переодеться после старта, выпила стакан воды с шипучей таблеткой с минералами и солями, чтоб еще больше усилить скорость реакции и поддержать водно-солевой баланс.
Важно много пить перед стартом, ибо в гонке мы теряем воду, кровь густеет, от этого сердцу тяжелее ее проталкивать. Чтобы отсрочить это, необходим запас воды и минералов. Затем я навела изотоник в бак, добавив креатин и глютамин, аминокислоты, защищающие мышцы от разрушения и способствующие уменьшению боли от нагрузки. Креатин дополнительно увеличивает скорость реакции, движения, поднимает настроение и абсолютно безвреден в своей стандартной порции 5 грамм. Затем,я взяла с собой BCAA, чтоб принять за 30 минут до старта.

Все препараты безвредны и не являются допингом. Они используются для поддержки организма в условиях тяжелых тренировок и на предельных нагрузках.

Взяв бак, рюкзак с вещами, гоночные и запасные палки, я отправилась на старт. Также я взяла вторую шапку и перчатки, чтобы надеть их перед стартом, ведь после разминки все сырое.
До места старта курсировали шаттлы-микроавтобусы, уходящие каждые 10 минут. Через 7 минут я была у входа в стадион Лаура. Предъявив на входе бейдж, я отправилась в раздевалку. Оставив там вещи я пошла узнать, что с лыжами и когда можно их опробовать.

file

Решение о финальном варианте смазки всегда принималось в последние минуты до старта, потому что погода менялась каждые 10 минут. Это требовало искусства и прозорливости, с чем наши смазчики отлично справились. Мне сказали подождать 10 минут и предложили пару, подготовленную для разминки. Я ушла разминаться по кругу. Накануне мой сервисмен Саша откатал все потенциальные пары на данную погоду и выбрал 2 лучшие.

Система в команде такая: к каждому сервисмену прикреплены 2-3 спортсмена, он работает конкретно с их лыжами, знает их по структуре, погоде, постоянно что-то тестирует, переобувает спортсмена по несколько раз за тренировку.
Вместе с Сашей я научилась понимать, что такое лыжи хорошо идут в раскат или выкат. Иногда лыжи едут отлично со спуска, но в подъем ощущение, что им что-то мешает, это значит в раскат они не очень, но хороши со спуска на выкате. И другой вариант - лыжи проигрывают полметра со спуска, но великолепно идут в раскат на подъеме, и этим способствуют более свободным и быстрым движениям. Мы откатывали лыжи с Сашей параллельно со спуска, потом менялись ими на подъеме. Это прекрасный способ понять, какая пара сегодня лучшая. Со спуска могут быть сходные данные пар, но подъем при смене лыж сразу дает понять какая пара катит лучше.

В тот день помощь Саши мне не понадобилась. Он принес три пары: две моих и одну Натальи Жуковой. Я проехала немного на каждой из трех, и у меня не было ни единого сомнения, что лучше всего работает пара Жуковой. Саша отложил ее для доработки, а я пошла разминаться дальше. Проехала 2 круга трассы, по которой предстояло бежать. Выполнила несколько коротких ускорений по ходу разминки, подготовила организм к предстоящей работе и, не утомляя организм, закончила катание, сбегала в туалет, получила чипы, легко бегала и разминалась.

Я совершенно не помню своих соперниц, я их не видела. Мне было все равно, кто выйдет на старт. Я действительно видела только цель, а цель была прийти в лидирующей группе, не отпустить кого-либо в отрыв.

Выходя на старт, я ощутила необычайный прилив сил. Ко мне пришли уверенность и спокойствие. Можно думать, что это поддержка родных стен, но меня посетило чувство абсолютной ясности и уверенности в своих силах. Я не думала, а четко знала, что в этой гонке мне ничего не угрожает, я пройду ее очень уверенно. Я словно слилась с силами природы. Я чувствовала, как впитываю каждое слово поддержки и не замечаю негатива.

Когда раздался выстрел, уверенно вышла со старта. Промелькнуло лицо Елены Вяльбе, оно не было взволнованно, как это я часто видела ранее, Казалось, она понимала, что здесь все будет сделано как следует.

На подъеме некоторые опытные лыжницы побежали как последний раз в жизни и в одышке стали задыхаться уже к концу подъема. Это говорило о чрезвычайном уровне волнения даже опытных бывалых волков. Таких детских ошибок в их исполнении я не видела, мне казалось, что с ними такое невозможно. Но нет, творилось что-то из ряда вон.
Я встала в спину лидерам группы и шла, стараясь экономить энергию. Ни для кого не секрет, что в горах мышцы могут подсесть неожиданно, без предупреждения, и важно вести гонку в ровном темпе, не заходя слишком сильно в гипоксию. Ведь потом можно просто не суметь оклематься ближайшие 2 часа. Такого я не могла допустить и шла с установкой первые 2,5 км пройти в штатном режиме, отсиживаясь за спиной лидеров, следя за их состоянием, чтоб воспользоваться слабыми сторонами для рывка, который без сомнения будет предпринят, но кем?

file

Тем временем чувствую невероятную силу. Тех, кто суетно оббежал меня, я обошла разом за 2 отталкивания руками. Не смотря на то, что они не гуляли, а бежали и старались, я поняла, что могу делать, что хочу. Сила лишь возрастала, в то время как большинство шло уже сильно внатяг и отпадало с каждым метром. Я не знала, что могу быть такой: и сильной, и хитрой, полностью несокрушимой.

В конце первого круга на повороте меня подвинули к краю, и я едва не слетела в кювет, пройдя поворот на одной ноге. Но я точно знала, ничего страшного не случится. Было абсолютное понимание, что я владею и управляю ситуацией. Оттуда и спокойствие “не уйду я в кювет”. Я это просто знала.
И вот выкат на стадион и дружное скандирование моего имени. Это сделало меня вообще бесстрашной! Сложно описать, каким было мое тело, но оно напоминало сталь.

По-видимому, гормональный фон был действительно как в чрезвычайной ситуации, и я превратилась во все учитывающего и неуязвимого сверхчеловека с холодным умом, в то время как другие совершали ошибки в горячке.

Дистанция маленькая, скорости большие. Вот где нет права на ошибку. Здесь же закончились для меня волнения, и родился другой человек, способный решать поставленные перед ним задачи спокойно и расчетливо.

Тем временем мы в лидирующей группе продолжали наращивать темп и в буквальном смысле слова пасти друг друга. Я видела, как мои соперницы сдаются, идут очень внатяг, а мне нормально. Но я все еще не атакую, здесь не место для риска. Я жду последние 2 подъема, когда до финиша останется один километр. Вот тогда мне надо будет выдать все, что есть. Там будет решаться исход этапа.

file

Меня радовало, что соперницы задышали очень тяжело. И вот - начало предпоследнего подъема и мой выход, господа! Это удивительное чувство: как бы скорость ни возрастала, я могла ее держать, при чем спокойно. Я в лидерах вышла из подъема и продолжила убегание с чешкой. Отдышавшись на спуске, мы забегаем заключительный подъем и окончательно убегаем ото всех.
Я вижу лицо тренера, он кричит: ”Так и иди!” ... Расталкиваюсь, сажусь на спуск и испытываю невероятную радость, я еду к гудящему, кричащему мне стадиону.
Еду первая! Я справилась, победила страх. То, что не удавалось сделать раньше, я сделала тогда, когда от меня это больше всего требовалось, на глазах у всех!

Я узнала себя в этой ситуации. Теперь едва ли хоть одно соревнование способно вызвать даже тень того волнения. Я передала эстафету в надежде на медаль. Совесть моя была спокойна, я сделала все, что смогла.

Затем я встретилась с нашим кинезиотерапевтом Патрицией Вокер из Австрии и поняла, что у нее нет слов. Она просто полна уважения и тихого смирения.
Гонка продолжалась, я почти не смотрела ее. Я отвлеклась на журналистов, давала комментарии к гонке. Помню что второй этап прошел с большим отставанием и не в тройке лидеров, но я продолжала надеяться на удачное выступление других членов команды.

Журналисты по видеосвязи связали меня с мамой, сидящей в одной из студий Москвы и участвовавшей в ток-шоу вместе с другими родителями спортсменов и известными артистами. Мама сказала мне несколько слов, Газманов что-то пожелал, не помню слов.

Дальше уже вместе с Вяльбе в стартовом городке мы смотрели последний финишный этап Юлии Чекалевой. Лишь 6 место, чуда не случилось.

file

Затем я не получила листовку от агента антидопинговой службы, которая обязывала явиться в пресс-центр для сдачи анализов.
Агент в этом случае сопровождает спортсмена до самой сдачи анализов и ходит с ним везде, будь то столовая или раздевалка - его обязанность с момента вручения повестки не спускать глаз со спортсмена, чтобы тот не мог совершить манипуляций, которые скроют следы допинга.

Обычно спортсменов подхватывают сразу при выходе из стартовой зоны. В каких-то случаях спортсмен сразу идет сдавать тест. Если он не готов в данный момент сдать анализы, он может отправиться переодеться и поесть, но в течение двух часов он должен явиться на тест. Все это время агент антидопинговой службы рядом.

Мы отправились с Натальей Жуковой в отель, поблагодарив сервисменов за работу. Они день и ночь жили в смазочных кабинах и постоянно что-то тестировали, общаясь по радиосвязи. Они уже думали о следующем старте. Да и просто все молчали о неудачах, все было понятно. Ольга не справилась с эйфорией.

После обеда мы зашли в гости к Ольге, которая так досадно проиграла свой этап. Не справившись с эмоциями, она расплакалась, рассказывая что теперь все обвиняют ее в том, что она проиграла эстафету. Мы постарались поддержать ее.

Затем пришел антидопинговый агент, и я пошла на тест. Состоял он из забора крови из вены и сдачи мочи.
Моча сдается в присутствии агента, который идет со спортсменом в туалет и наблюдает всю процедуру сдачи. Далее моча распределяется на две бутылки: проба А и проба Б. В анкету вписывают номера, спортсмен подписывает анкету. Бутылки с мочой закрываются самим спортсменом специальными крышками, которые нельзя открыть без определенных технологий, известных только производителю и антидопинговой лаборатории. Затем бутылки помещают в специальный контейнер, и они ждут отправки в лабораторию, а у спортсмена остается на руках копия анкеты.
Если проба А положительная на допинг, при спортсмене официально вскрывают пробу Б. Если и она дает положительный результат, спортсмен дисквалифицируется.

Пройдя эту процедуру, вернувшись в отель, побыв немного наедине с собой, я отправилась на ужин вместе с Наташей.

Уже не было того напряжения, волнения, все отступило... Осталась лишь грусть.
Закончился день звонком мамы со словами поддержки.